Translate

вторник, 22 марта 2016 г.

Дар. 25 часть


Виктор Мирошкин
Дар. 25 часть




«Так и есть» - даже как-то с облегчением подумал «старый волк», увидев, наконец, искомую раздражающую зацепку - навстречу еще вдалеке шел парень крепкого телосложения, сопровождая свой велосипед…

Улица, как улица… строения, как строения, ничего выдающегося, а всё же для тонкой Души нечто особенное здесь чувствовалось, как и в каждом, даже самом стандартном уголке Вселенной, ведь у каждой улицы в любом городе есть нечто отличающее ее от всего остального. То ли жители, то ли дома, то ли магазины и транспорт, то ли кустик или деревце, памятник, фонтан, клумба… в общем сочетании элементов всегда получается явственно ощущаемый конкретный настрой именно этого микромира. И постоянный житель любого «уголка», привыкший к родной «среде обитания», чувствует всеми клеточками милую сердцу «атмосферу», настроение, запахи и, конечно, расположение к себе своего родного места, если, естественно, желает это чувствовать.

Много раз старый Грибо уже наслаждался благожелательным приемом этого малолюдного места, разглядывал «содержание» таких знакомых улиц, приезжая к сыну. Сейчас даже припомнил, что частенько они вместе с Энтони бродили здесь же, по соседству с домом молодых Грибо, уединившись от других членов семьи для бесед о жизни. Однако в этот раз, настроившись на внутренние ощущения, «старый волк» почувствовал, что ему не совсем комфортно, и чуть ли не вокруг него присутствует что-то неуловимо чужое вроде некоего оттенка, передающего… безпокойство. В голове завертелось - «что-то пошло не так…».

Дойдя до поворота на свою улицу, Макс Грибо, не обращая внимания на велосипедиста, идущего навстречу, повернул и вышел на «финишную прямую». Шел по-прежнему неспешно и прямо к нужному дому, представляя, как там его ждет жена сына, вся в волнении. Чувствуя себя некомфортно, он допускал, что ситуация с исчезновением сына могла поколебать его внутреннее спокойствие и, возможно, могла вызвать неадекватное отношение ко всему вокруг. Старший Грибо понимал, что может незаметно для себя впасть в обычное для пострадавших состояние излишней чувствительности и подозрительности, но в этот момент постарался не поддаться такой успокаивающей мысли, объясняющей чувство дискомфорта, и продолжил добросовестно «сканировать» пространство.

Пройдя немного вперед, старший Грибо внезапно остановился и недоуменно огляделся, словно сбился с пути. Краем глаза ему удалось заметить, что велосипедист уже повернул вслед за ним, но остановился и расположился на обочине явно для починки своего железного коня, - «Замечательно, теперь кто-то должен покинуть место наблюдения. Смена караула…».

Так и вышло – на перекрестке появился автомобиль, мимо которого только что почти у поворота прошел старший Грибо. Не вызывавшая доверия машина осторожно повернула и проехала рядом с велосипедистом. Когда автомобиль поравнялся с молодым человеком, тот почти что кивнул водителю. «Ну и дела», - искренне удивился открытию старший Грибо, - «Неужели всё так серьёзно?». До этого момента он всё же надеялся ошибиться в своих предчувствиях.

Подозрительный автомобиль тем временем поравнялся с Максом Грибо, и «старый разведчик», по-прежнему изображая разглядывание домов, все же успел незаметно «срисовать» мужчину неопределенного возраста, сидящего за рулем. Опытный глаз отметил сосредоточенную собранность водителя, который был один в кабине.

Прибавив газу, подозрительная машина умчалась вдаль, а ситуация дальше становилась еще интереснее.

Как бы очнувшись, Макс Грибо спокойно зашагал дальше, размышляя, - «Поддавливают на психику. Наверняка у них есть моя фотография. Глупо делать вид, что я здесь посторонний», - аналитический ум Макса Грибо плавно переходил в рабочий режим разведчика, - «Пройдя мимо своего дома, можно только вызвать ненужные подозрения… И чего они так грубо работают? Зачем следить за домом разыскиваемого? Не ловят же они его тут! Кажется, всё не так просто… Хм, а водитель поехал докладывать обо мне…».

В том же прогулочном темпе, ведя себя естественно, Макс Грибо дошел до нужного дома и приблизился к дверям. Нажал на кнопку звонка, не оглядываясь на велосипедиста, который не очень далеко сосредоточенно ковырял что-то в своем велосипеде.

Жена сына открыла почти сразу, и они прошли внутрь, но перед тем, как зайти, краем глаза старший Грибо отметил, что голова велосипедиста не была наклонена к объекту ремонта. Это наблюдение удовлетворило, – «Парень следит неумело и… всегда для тонуса лучше иметь лишнее подтверждение любого нехорошего подозрения, чем пребывать в разлагающем сомнении, рождающем ложную надежду».

В доме родственники повели себя сдержанно, молчали. Отметив про себя, что «дочка» совсем не выглядит растерянной, а скорее усталой, Макс мысленно похвалил сына за правильное отношение к жене, - «Бедняжка сейчас бережет нервы отца мужа и не вываливает на меня потоки панического ужаса, хотя, несомненно, имеет все основания, мягко говоря, потерять контроль над собой и впасть в женский стиль решения проблем путем истерики, обвиняя всех и вся в нарушении своего спокойствия и делая виноватым первого попавшегося в создании для нее проблем, то есть меня...».

Легкая улыбка на лице «мистера Грибо» подействовала на Ирэн успокаивающе. С начала встречи она прикладывала большие усилия, чтобы не высказаться в первые же мгновения. Годы, прожитые вместе с Энтони, научили ее быть сдержанной и внимательной к близким. Сейчас она видела, что с дороги пожилому человеку требовалось немного отдохнуть и прийти в себя. Выключив на некоторое время безпокойные мысли о причине встречи, как хозяйка дома, Ирэн автоматически принялась принимать гостя, помогая раздеться, провожая в ванную комнату, усаживая в кресло и предлагая что-нибудь выпить. Она очень уважала старика и у нее неизменно возникало желание поухаживать за ним, несмотря на то, что внутренняя сила этого человека внушала порой даже некоторый страх и отторжение.

Старший Грибо всегда не только милостиво принимал ухаживания невестки, как само собой разумеющееся, но и неизменно благодарил Ирэн самыми изысканными словами. Вот и сейчас он выразил благодарность тихим и уверенным голосом посла:

- Надо иметь королевское воспитание и природный ангельский характер, чтобы оставаться на высоте в любой ситуации и быть всегда привлекательной, заботливой и внимательной.

При этих словах Макс Грибо привстал с кресла, изобразив поклон. Ирэн оценила комплимент и ответила милой улыбкой.

Обоих окатила волна невероятно уютного чувства. И даже чай, который стоял перед каждым из них, казалось, источал совершенно сказочный тонкий аромат. Несколько долгих секунд они наслаждались приятным чувством. За окном раздавались звуки бодрого птичьего гомона. Не спеша они принялись за чай, продолжая молчать, наслаждаясь теперь и вкусом чая, как будто ничего внешнее их не волновало.

А на самом деле Ирэн ожидала, когда «папа» будет готов выслушать ее и подаст сигнал, а старший Грибо тянул паузу, прекрасно понимая, что в голове Ирэн крутятся обрывки ее будущего рассказа о случившемся, и она подбирает слова, чтобы получше изложить сбивчивые мысли. Ему было понятно, что она обдумывала разговор и ранее, но встреча «глаза в глаза» всегда дополнительно окрашивает событие, и Макс Грибо давал ей время собраться с мыслями.

Наконец, заметив некоторое нетерпение во взгляде Ирэн, Макс задал вопрос:

- Дочка, тебя не затруднит снова подробно рассказать течение событий, начиная с отъезда Энтони и кончая моим прибытием к тебе?

- Да, конечно… - Ирэн подняла глаза к потолку, припоминая отъезд своего «Эн».

- Не торопись. Времени хватит выслушать всё, что ты скажешь, - мягко уточнил старший Грибо.

Ирэн заговорила всё же быстрее обычного, и рассказ продолжался недолго - она уложилась в минут пятнадцать. А Ирэн казалось, что она говорила неторопливо и отстраненно, как профессиональный диктор, тщательно подбирая слова и строя понятные предложения. Несмотря на торопливость, она всё же сумела достаточно хорошо изложить то, что помнила, и ясно обозначила своё отношение к происходящему.

Макс Грибо в это время смотрел в сторону, чтобы не мешать своим внимательным взглядом рассказчице. Параллельно прослушиванию речи «дочки» он обдумывал варианты причин произошедшего, исходя из собственного опыта, из наблюдений на улице и получаемых сейчас подробностей от Ирэн. Когда отчет подошел к концу, старший Грибо уже имел некоторое представление о «дислокации войск».

Без сомнения, за домом следили. Заметно обращали на себя внимание два момента - приход на дом полицейской с изъятием коробки от телефона, а также звонок из полиции с неускользнувшим от внимания Ирэн недоумением, выраженным на том конце провода по поводу несогласованности в действиях полиции.

Мысленно «старый волк» был очень рад, что жена сына настолько хорошо может контролировать себя, а ее наблюдательность была достойна особой похвалы.

- Великолепно... Милая моя, твой рассказ прекрасно ввёл меня в курс дела. Ты молодец! – старший Грибо прихлопнул ладонями по подлокотникам кресла так, словно дело уже решено, и ему всё предельно ясно. От такой реакции Ирэн даже наклонила голову набок с таким вопросительным взглядом, словно пёс или кошка в предельном интересе.

В свою очередь, заметив такой наивный и полный надежды взгляд, старший Грибо едва удержался от слёз умиления, но вовремя сморгнул - нельзя было показывать свою слабость в такие моменты. Его малая слезинка могла вызвать целый водопад из женских глаз с непредсказуемыми последствиями.

«Кто же виноват в исчезновении Энтони?», - уже быстро думал старый разведчик, - «В нём ли причина, в моих ли старых грехах, в бизнесе, в каких-то секретах производства… В чём?».

- Знаешь, а давай-ка мы с тобой прогуляемся до кафе, - до старшего Грибо вдруг дошло, что в доме могут быть жучки. Он удивился, что не подумал об этом ранее, но успокоился, поняв, что ничего лишнего сказано не было и так даже лучше – всё протекало естественно, - Тебе много надо времени, чтобы собраться?

- Нет, я быстро…

- Не торопись, дочка. Я пока подремлю, - как-то по-домашнему ответил «папа».

«Зачем торопить женщину, когда она хочет быть красивой?», - привычно подумал Макс, зная, что женщина не выходит в люди «не одетой», а на это надо время, - «А у меня будет время немного поразмышлять». Он закрыл глаза и быстро погрузился в полудрёму – любимое занятие мудрецов.

Никакого сна не было. Только почему-то закрутились неясные сценки из жизни юного сынишки, который мечтал путешествовать, увлекаемый рассказами отца, и в итоге стал моряком, чтобы плавать по разным странам. Вспомнились наказания, которым он подвергал сына. Справедливо и за дело, конечно, но до сих пор у него возникало чувство вины за строгость, которая была тогда необходима сыну. Ведь природная наивная честность мальчика была лакомым куском для всевозможных стаек неуравновешенных подростков. Энтони несколько раз пытались вовлечь в неприличные занятия путем инициации через совместный грех – выпивку, наркотики, разврат и даже совместный грабеж. Хорошо, что парень имел привычку советоваться с отцом! Не сам, конечно, привык советоваться, а был так воспитан. Это его и спасло. «Жаль, что я не был таким разумным с первой женой», - с горечью подумал Макс Грибо, вспомнив о первом браке и о дочери, оставшейся с матерью. Там было всё совершенно наоборот. Влияние матери оказалось всепоглощающим. Его работа, приносящая большие деньги, многочисленные поездки, частая смена места жительства привели к тому, что обязанность заниматься с дочерью плавно перешла исключительно к жене и почти не контролировалась. Он сильно доверился жене в деле воспитания. В итоге выросла подруга жены. Курящая, в меру пьющая и скрытная. Разговаривать с дочерью постепенно становилось тяжелее и тяжелее. В какой-то момент, когда карьера пошла в гору и его аналитический ум был замечен, как назло, контакт с женой и дочерью был окончательно потерян. Начались скандалы, приведшие к тяжелому разводу…

Но не вокруг развода сейчас закрутилась мысль у дремавшего Макса Грибо, а зациклилась на окружении сына. Стало ясно, что «для дела» придется много общаться со всеми знакомыми сына и, в первую очередь, с его друзьями. «А знаю ли я их всех, его настоящих друзей? Знает ли о них жена сына?», - это был еще тот вопрос, на который нельзя было ответить однозначно без подтверждения самим Энтони. К тому же, предстояло понять, кто из них действительно друг, а не имитирующий дружбу приятель или даже скрытый враг.

- Я готова, - рука Ирэн мягко легла на плечо старшего Грибо.

В тот же момент в дверь позвонили.

- Подожди, я сам, - твердые слова старика, как команда, остановили двинувшуюся к дверям Ирэн.

Макс Грибо протер немного заспанные глаза, встал и, разминаясь на ходу, подошел к двери. Сквозь вуаль занавеси смотрового окна двери он увидел… велосипедиста. «Что-то пошло не так… явно не так», - почему-то насмешливо мысленно отметил «старый волк», удивившись такому гостю, и снова ощутил дискомфорт, как накануне на улице… 

Комментариев нет:

Отправить комментарий