Translate

вторник, 31 мая 2016 г.

Дар. 72 часть

Виктор Мирошкин
Дар. 72 часть




После непредвиденного визита агента «интересной организации» и разговора со своим «визирем», Фредом Слейтером, Генри словно выключил лампочку внутри себя. Помрачнел, почувствовав, что заметно устал, сбился с ритма, выпал из графиков, потерял инициативу.

Запланированные встречи теперь надо было переносить, кое-что отменять, ужимая себя. Но просроченное нагонять категорически не нравилось. И времени на подготовку новых переговоров не хватало.

Тогда фанат всяческих планов решил совсем отбросить план сегодняшнего дня, который был, на его взгляд, безповоротно скомкан.

Генри медленно вздохнул. В таких случаях упавшее настроение можно было поднять только полным переформатированием нарушенной программы действий.

Внезапно изменившись в лице, Генри Вилдинг встрепенулся и, словно капитан корабля, звонко крикнул:

- Убрать кранцы! (Примечание: кранцы применяются в качестве отбойных приспособлений при швартовке судов к пирсу или причалу).

Кабинет откликнулся легким эхом.

Глаза Генри сверкнули, он почувствовал себя капитаном отчалившего корабля и энергично подскочил к своему рабочему столу, резко нажал кнопку переговорного устройства и рявкнул на него:

- На сегодня все отменить! Меня не безпокоить!

- Хорошо, мистер Вилдинг, -  мигающий огоньками селектор невозмутимо откликнулся мягким голоском Лизы и притих, скромно погаснув.

Генри набычился, глядя на посмевший выключиться без разрешения аппарат, перевел взгляд на огромный напольный глобус рядом со столом. Лицо его расцвело. Властелин кабинета подумал, - «Теперь никто мне не помешает планировать «захват Мира». Можно всласть поскладывать кубики, строя свои домики». Ох, как Генри обожал такие моменты, и его настроение моментально улучшилось.

«Мальчик» взял свои суперфункциональный телефон и планшет, устроился поудобнее на диване, приготовившись поиграть в стратегию, которую может себе позволить, как считал Генри, только небольшое количество обладателей настоящих финансовых морей, а не наглецы, присосавшиеся к локальным денежным ручейкам и источникам. «Ограниченные люди», - думал про таких Генри, смешивая финансовые возможности с умственными.

Вскоре по команде хозяина кабинета появился большой экран, закрылись шторы, заблокировались двери, свет стал немного приглушенным.

- Итак, мой друг, сделаем себе приятно, - на полном серьёзе проговорил Генри, обращаясь к самому себе, чувствуя, как внешний Мир сжался до размеров скулящей массы просителей за дверью «капитанской рубки».

«Ты лучше всех, мой мальчик», - эта детская похвала прозвучала в голове «капитана» голосом мамы, - «Покажи им всем…».

- Я знаю, мама, - вслух откликнулся «стальной», прозвенев недовольной ноткой, прогоняя наваждение.

Образ матери не посмел в этот раз возникнуть в голове, остался невидимым, однако ощущение присутствия не прошло - будто мать прислушивалась за дверью.

Генри Вилдинг вяло встряхнулся, стараясь освободиться от наваждения, желая снова почувствовать себя взрослым. И это удалось.

Некоторое время, не зная, с чего начать, «повелитель» тупо крутил в воздухе указательными пальцами, как будто ловил антеннами витающие поблизости будущие замыслы. Периодически пальцы раскачивались синхронно, словно щетки на лобовом стекле автомобиля.

Но вот кисти рук крутанулись, замерли и изобразили пистолеты, направленные дулами вверх. Последовало резкое движение рук вниз и дула из пальцев уже были нацелены во что-то невидимое.

- П-ф-ф, - шепотом «выстрелил» хозяин пальцев и сложил ладони, немного потирая их со словами:

- Нeт, как же, как же… понимаю-понимаю… глупые мелкие мыслишки помощничков увлекли меня от главного. Подрезали крылышки, опустили на землю… - Генри постепенно усиливал громкость слов, не боясь быть услышанным, входя во вкусный, праведный гнев. Ему всегда нравилось проговаривать самому себе свои же мысли с неким пафосом очевидного величия, - Чуть было не занялся собственноручным обслуживанием компании…

Генри замолчал, внезапно поняв, что перегнул и уже смеется над собой. Вот уж что-что, а подтрунивать над собой было не в духе «стального».

- Ы-ы-ы, - то ли смех, то ли рык зверя в исполнении хозяина кабинета прозвучал, по меньшей мере, странно. Он недовольно скривил губы, презирая секунду слабости.

Неожиданно мысли теперь потекли как-то сами собой. Пришло понимание, что утреннее желание перетряхнуть компанию несколько мелковато. Также слабоватым занятием показалось обдумывать сейчас отношения с влиятельными людьми. И технические детали текущих бизнес-проектов совсем не стоили его драгоценного времени. «В общем мелко, всё мелко», - подумал властелин кабинета.

Вслед за фундаментальным отскоком от масштабов предыдущих планирований в опустевшем и как бы затемненном месте головы появился замечательный вопрос - «и что вместо этого?».

Генри мысленно шагнул навстречу тянущему к себе мраку, говоря себе, - «Это нечто неосознанное заставляет сейчас задумываться о чем-то… новом… глобальном что ли? … О чем?».

Прикрыв глаза, Генри напрягся и тут же расслабился, расплывшись по дивану, выпустил из легких весь воздух, словно сдулся. Через несколько секунд шумно вздохнул, открыл глаза, уставившись в потолок, замер, раздув щеки. Медленно выдохнул и задышал ровно.

В голове зияла многообещающая пустота. Ничего грандиозного и затмевающего прошлые планы на ум не приходило.

- О’кей, можно и по-другому… - оптимистично произнес «повелитель».

В случаях неясности, но на грани догадки Генри Вилдинг применял простой и известный многим приём – раскладывал перед собой предметы, олицетворяющие имеющуюся информацию и просто смотрел на выложенное, перекладывал, ожидая озарения. Так очень часто поступают детективы в фильмах. И озарение, как правило, непременно приходило. Вот и сейчас Генри стал делать нечто похожее – выбрал свое фото, расположил его по центру большого экрана, а вокруг своего аватара стал прилаживать условные изображения, обозначающие всё, что могло в значительной степени касаться его восхождения на некий трон. Хотя, пожалуй, о троне он сейчас не думал. Скорее, в этот момент его привлекало просто могущество в виде полной независимости в сочетании с неограниченным правом брать всё, что хочется.

Коллаж получался легко. Генри умел достаточно хорошо обращаться с графическими редакторами. И картинок в интернете было безсчетное множество на любые запросы. Каждый раз, обработав и приладив новое изображение, «дизайнер» откидывался на некоторое время на спинку дивана или даже ложился навзничь, периодически сползал на пол. Даже пытался встать на голову. В общем креативил не по-детски, искал то, не знаю что…

«Складывание кубиков» продолжалось до тех пор, пока «дизайнер» не проголодался и не посмотрел на часы. С удивлением понял, что уже вечер, и давно пора ужинать.

А на большом экране в результате напряженной работы мысли «дизайнера» образовалась полнейшая каша из фотографий. И этот коллаж был понятен только самому «дизайнеру».

Генри с трудом оторвался от своего «творения» и подошел к рабочему столу, нажал кнопку селектора, снова перевел взгляд на экран и, не отрывая глаз от своего произведения, проговорил:

- Лиза, накормите меня чем-нибудь, - голос руководителя прозвучал несколько устало, по-доброму.

- Хорошо, мистер Вилдинг, - секретарша не стала уточнять, что подавать к столу. Она уже успела узнать пристрастия хозяина и чувствовала, что лучше всего предложить при каждом варианте настроения президента компании. Иначе она бы так долго здесь не задержалась. Голос босса из динамика сообщал ей о многом, а умная женщина научилась улавливать нюансы.

Сейчас Лиза просчитала, что мистеру Вилдингу явно требовалась калорийная еда. Но простая, не требующая тщательного, долгого, осторожного обращения с блюдом. Не отвлекающая внимание. «И пусть это будет немного хорошего мяса кусочками, разнообразный гарнир из мелкопорезанных овощей и зелени. Несколько видов соусов», - быстро прикидывала секретарша Лиза, - «Как говорится, тыкнул вилкой, макнул в соус и в рот. А также соки разных видов, мороженое, мелкие пирожные и чай». Алкоголь Генри Вилдинг никогда для себя не просил, а Лиза предполагала, что бар в кабинете был заранее наполнен всем необходимым. Секретарша не знала, кто заведовал баром господина президента, это проходило мимо нее.

Вскоре все блюда были красиво доставлены и виртуозно разложены на столе хозяина артистичными официантами. А большой экран был заранее упрятан в своем потайном месте - ничто не наводило на мысли о текущих занятиях «властелина».

Дождавшись окончания стремительной сервировки, Генри всех выгнал и снова заперся. Выпустив из заточения большой экран со своим коллажем, азартно продолжил игры с картинками. Попутно жадно поглощал принесенную еду.

То ли от еды, то ли от чувства успешного сближения с озарением «дизайнер» испытывал нарастающую радость. Не замечая времени, он мог бы так провести весь остаток дня и продолжать без остановки ночью.

Ну, а вечер снаружи кабинета не обращал внимания на действия «игрока» в скорлупе кабинета, неумолимо наступал на Ноленд, заставляя часть персонала компании несколько нервничать. В частности, секретарша Лиза не решалась сообщить своему боссу, что ей пора уходить, часто посматривала на часы и не отрывалась от чая. Несколько раз заглядывала Анжела проверить, как дела.

Охрана президента компании привычно не знала, что будет происходить далее. Но, в отличие от девушек из ближайшего окружения хозяина, «бойцы» из текущей смены не испытывали никакого дисбаланса в режиме ожидания – ели и пили, что подадут, живя по внутреннему расписанию.

Обычные служащие компании покинули офис по окончании рабочего дня.

«Придворная индианка», целый день не появлявшаяся никому на глаза, жила вне расписаний. Девушке позволялось проводить в своей комнате хоть все время, и она обычно читала или проводила понятные только ей эксперименты. А если «колдунья» куда-то отлучалась, то только Анжела, личный секретарь Генри Вилдинга, была в курсе. Индианке позволялось чувствовать себя свободной, хотя негласная охрана была к ней, всё же, приставлена – ее работодатель и хозяин не хотел случайно потерять своего тайного советника.

Время шло. А Генри, как ни старался, озарения не получал, хотя уже не мог ничего добавить в коллаж, в центре которого светилось улыбкой его молодое лицо – на выбранной фотографии он стоял кадетом возле старинной пушки. Генри нравилось это фото. Со временем забылось, кто его тогда сфотографировал. Впрочем, и желания это помнить у него не было.

Несмотря на несколько часов напряженного поиска без результата, «игрок» не терял энтузиазма, не отступал. Но с каждым разом всё медленнее переставлялись картинки.

В какой-то момент Генри почувствовал существование некоего джокера, который может включить процесс кристаллизации этого аморфного раствора из картинок. «И тогда получится кристалл, который непременно блеснет искрами озарения», - эта мысль подстегнула, - «Надо только найти этот джокер», - приказал себе Генри, - «И я увижу все атомарные связи…».

В городе начало заметно темнеть…

Комментариев нет:

Отправить комментарий