Translate

понедельник, 20 июня 2016 г.

Дар. 89 часть

Виктор Мирошкин
Дар. 89 часть




Энтони вернулся на диван и прилег, закрыв глаза, но через некоторое время немного привстал и бегло осмотрел свой изолятор – именно это определение приходило в голову. Пустое помещение с голыми стенами, гладким потолком и таким же гладким полом. Всё одного цвета. К уютному времяпровождению не располагало.

Снова опустившись на прохладную кожу дивана, узник задумался, - «Парнишка, наверное, задался вопросом - кто бинтовал мне руку? И нет ли поблизости кого-то еще? Решил на всякий случай перестраховаться. Скорее всего, сейчас сам звонит отцу... Ну, тогда подождем. Можно, наконец, немного поспать, спокойно».

Осторожно поёрзав на здоровом боку, расслабился и затих. Но вскоре почувствовал, что хочет в туалет. Попробовал пару раз громко, как смог, крикнуть.

В ответ тишина. Пришлось заставить себя встать.

Настойчивый стук в дверь тоже ничего не дал.

Терпеть становилось всё труднее. Ужасаясь тому, что придется сделать, Энтони напряженно побрел вдоль стены, оттягивая время, прикидывая, в каком углу «это» сделать лучше. А в качестве последней надежды периодически сильно стучал кулаком в стену.

Так он медленно прошел отрезок напротив дивана, постоял в углу, перешел на боковую стену, простучал и ее, снова задержался в углу, двинулся далее и таким образом уже приближался к дивану. Замахнувшись в очередной раз кулаком, вдруг заметил, что плитка под занесенной рукой немного отличается по цвету. Сделав шаг назад, осмотрел стену повнимательнее. Только теперь усталый узник разглядел, что в этом месте стена выложена плитками немного другого цвета, и этим как бы обозначен прямоугольник размером с дверь. Как будто для помещения не хватило плитки одного цвета.

Он машинально потрогал одну из плиток, и произошло чудо – весь обозначенный другим цветом прямоугольник подался назад и вбок - открылся проём.

Невероятное везение! Перед ним открылся так нужный сейчас туалет. Хотя и предельно простой, без унитаза, с дыркой в гладком полу. Сбоку в стене, за тут же поднявшейся вверх металлической шторкой, открылся небольшой умывальник с зеркалом. Там же находилась какая-то неубиваемая по виду сушилка для рук. Из стены торчал маленький металлический носик. Вероятно, для подачи жидкого мыла. Обстановка указывала на заботу о нуждах «постояльцев» этого «номера», но также намекала на несамостоятельность проживания здесь. В потолке угадывалась широченная квадратная лейка душа.

Энтони невольно подивился увиденному, но не долго – терпеть было уже невозможно.

Облегчившись и умывшись, гость вышел из туалетного отсека и оглянулся, думая, как бы вернуть назад отъехавшую стенку. Но оказалось, что ничего делать не надо – умывальник закрылся сам, а за ним, как бы немного подумав, и стена плавно вылезла из укрытия и скользнула с ускорением вперед, вернувшись на место.

Энтони с любопытством проследил за происходящим, удивляясь точности подгонки поверхностей - стыки выглядели настолько точными, что даже вблизи между дверью и стеной совсем не было видно щелей. Такого качества механизмов закрывания Энтони еще не знал, хотя видел многое.

Послышался звук падающей воды. «Самоочистка», - догадался на время забывший о своих болях гость, - «Прямо космические технологии, не иначе».

Но, всё же, усталость тянула на диван. И вскоре Энтони уснул.

А в это время молодой хранитель странного лесного пристанища ломал голову – звонить ли отцу или подождать его прихода. Беспокоило собственное положение. По правилам испытания, которое он проходил, воин должен был решать все проблемы сам. Но вот с этим вторым гостем получался совершенно не понятный случай. Ясно, конечно, что если это друг, то надо ему помочь, а если это враг, то надо его пленить. Вот с первым пришедшим, попросившем приюта, было просто и понятно. Только неприятная любознательность первого гостя заставила прогнать его. А второй пришедший оказался одетым в одежду Эчемина, что для Охкамгэйча было совершенно очевидно - эту куртку он помнил даже на ощупь, ведь не раз друзья обнимались и боролись.

«Однако, Эчемин не мог просто так отдать свою одежду этому туристу», - думал молодой индеец, - «Это же против правил. Его мать вышивала обережные узоры только для сына. Значит, этот человек каким-то образом сам завладел курткой и остальным. А с моими соплеменниками поступил…».

Как гость поступил с Эчемином, отцом и другими индейцами парень не смог сходу придумать, но заранее огорчился. Ему не могло прийти в голову и то, что соплеменники могут изощренным образом испытывать его сообразительность, прислав неизвестного своего друга.

«Еще и врёт», - добавил Охкамгэйч негатива к характеристике гостя, не поверив в рассказ о неловкости своего отца, потерявшего в лесу туриста – это было немыслимо для такого опытного следопыта, как вождь. А по словам гостя так и выходило.

Сейчас мальчик уже считал запертого в изоляторе гостя скорее врагом, чем другом, - «Пусть посидит, подумает. Отец скоро придет, выведет на чистую воду - по расчетам уже завтра». На этой мысли индеец успокоился, совершенно забыв, что не подсказал гостю, как пользоваться помещением. Для самого Охкамгэйча все секреты комнаты, которая действительно являлась изолятором, были уже привычными и казались естественными для понимания.

Решив, что теперь всё под контролем, Охкамгэйч отправился поиграть с волками. Грозные лесные животные были не против присутствия Охкамгэйча и отлично заменяли парню друзей. Эти занятия доставляли мальчику много радости и удовольствия. Заодно можно было поупражняться в ловкости – пострелять из лука, покидать томагавк, пометать ножи. А также надо было наловить рыбы на ужин.

Несмотря на малый возраст, парень совершенно не тяготился одиночеством, всегда знал, чем себя занять. Сумел овладеть многими навыками выживания и считал свою жизнь совершенно естественной и самой лучшей. Как ни странно, но электронными штучками, которыми был напичкан дом, мальчик особо не увлекался. Телевизор давно уже даже не включал. Хотя первое время довольно подолгу смотрел на большом экране в общем зале все передачи подряд.

Интернет, конечно, интересовал подростка, но только в качестве большой энциклопедии – привлекала информация о растениях и животных, земле и, вообще, о Природе. Несомненно, Охкамгэйч отличался любознательностью. Однако, жизнь в лесу для него была интереснее – парень любил понаблюдать и послушать, как живут обитатели леса. Молимо и старый шаман Аванигижиг могли бы себя похвалить - не зря, получалось, уделяли так много времени сыну вождя…

Ну, а пока новый гость «лесного замка» отдыхал в изоляторе под охраной молодого индейца, Молимо быстро продвигался по труднопроходимой тропе к своему сыну. Но думал при этом исключительно о госте. Гиганту казалось, что безмерно виноват, подвел шамана, и сейчас от стремительности движения зависит Судьба племени. Чудился медленно тонущий гость.

Так же ответственно относился к своей миссии и Юджин Конн, спешащий на перехват Макса Грибо. Умному старику казалось, что он себе не простит неудачу, от которой пострадает не он сам, а люди, зависящие сейчас от него. Спасти Мир – это было некой светлой установкой внутри Юджина, ядром программы поведения, истиной, впитанной где-то в детстве. Хотя в повседневной жизни искреннего желания протянуть руку почти не возникало. А нынешний почтенный возраст и вовсе уже располагал к созерцательному проведению времени, без вмешательства в чужие дела. Благодаря Аванигижигу, сейчас в старике проснулась былая молодость и азарт вместе с ответственностью за хороших людей – он снова спасал Мир не по служебному распорядку.

Ну, а Макс Грибо с Ирэн без приключений сели в самолет и прилетели в аэропорт Нолэнда.

Ирэн, с приближением к месту назначения, чувствуя, что скоро увидит вещи из чемодана Энтони, всё больше ощущала, что едет фактически на опознание утраченного мужа. Это никогда ранее не испытанное чувство безвозвратной потери любимого человека делало женщину истеричной, заставляло винить всех окружающих в ее беде.

Максу приходилось постоянно отвлекать Ирэн от грустных мыслей. В итоге старший Грибо был сильно измучен не столько дорогой, сколько спутницей. К тому же ему самому было это всё крайне неприятно. Даже знание того, что сын подал весточку, что жив, не помогало постоянно оставаться в адекватном состоянии. Иногда Макс подумывал даже прикрикнуть на Ирэн в ответ на ее нытьё. Хотелось ответить отрезвляющей агрессией на ее «а вдруг, а если». Но старику пока удавалось каким-то образом сдерживаться.

Иногда Макса вдруг начинало веселить пугливое поведение Ирэн. Он даже позволял себе подтрунивать над ее страхами. Но, заметив, что женщина от этого впадает в настоящую злость, стал тщательно сдерживать себя в рамках сочувствия.

До сих пор Макс не сказал Ирэн, что от Энтони была получена дающая надежду смс. Хитрец просчитал, что при встрече с полицией, на опознании чемодана, Ирэн должна правдоподобно сыграть роль убитой горем жены. И так было бы лучше. Старый разведчик чувствовал, что не стоит пока открывать Ирэн все карты – она слишком эмоциональна.

Прилетев в аэропорт Нолэнда, не имея сданного багажа, они сразу пошли на выход к такси, где их неожиданно встретил специально посланный полицейский и пригласил в свою машину.

За происходящим издалека наблюдал Юджин Конн, ломая голову над тем, как подступиться к Максу Грибо. Он ругал себя за упущение - что не сумел просчитать очень простой шаг полиции, которая выслала встречающего. Теперь близко подходить было нельзя – Макс Грибо мог узнать его, и тогда встреча будет происходить на глазах ненужного свидетеля из полиции. Оставалось проследить, куда отправится семейство Грибо после посещения полицейского участка. Юджин предполагал, что Грибо не задержатся здесь, а поедут сразу в аэропорт и далее вернутся к себе домой, ведь у них не было багажа.

Юджин вынул телефон и набрал номер своего добровольного информатора из системы обеспечения безопасности полетов. Абонент на том конце откликнулся почти мгновенно:

- Приветствую. Чем могу послужить, сэр? – безусловно, это был дружелюбный голос, говоривший о большом уважении к собеседнику.

- Привет, снова я тебя беспокою, дружище. Макс и Ирэн Грибо. Скажи, когда они собираются домой?

- Перезвоню, - коротко ответил информатор, явно понимая, что от него требуется.

- Хорошо, жду с нетерпением, - мягко проговорил Юджин и отключил связь. Немного подумав, решил не тормошить Аванигижига по этому вопросу, пока не встретится с Максом Грибо.

Ощущая, что в собственных делах нарастает ком пропущенного, Юджин, однако, решил не вмешиваться в возникающие в связи с его отсутствия проблемы. Пустил всё на самотёк. И психологически это было сделать легко - его секретарь была умной и опытной женщиной, хорошей подругой жены, и вдвоем они умело прикрывали отсутствие уважаемого ими мужчины. Юджин на секунду вспомнил их сосредоточенные деловые лица и по-доброму улыбнулся.

Погода была замечательная, поездка сильно напоминала отпуск, оставалось пристроить вещи поближе к аэропорту и ждать звонка, выйдя на прогулку – город располагал к этому. «Самое простое – оставить вещи в камере хранения и найти уютный ресторан», - решил Юджин. Такой план и принялся выполнять посланник Аванигижига…

В то же самое время, несмотря на резкое отключение от дел Фреда Слейтера, жизнь в его отлаженной команде продолжалась. Все процессы, которые он запустил, уверенно развивались. Хотя мало кто из участников понимал, зачем всё это делается. О некоторых процессах не подозревал даже Генри Вилдинг. В частности, о том, что бойцы частной военной компании Фреда Слейтера скрытно шерстят всех людей в туристической зоне. В том числе и уважаемых. На предмет знакомства с Энтони Грибо.

В это время в зоне операции случайно оказался агент ФБР Джон Керри с подругой. Тот самый - с нетерпением ожидающий разъясняющего звонка от мистера Генри Вилдинга по поводу двух своих пропавших агентов. Джон часто проводил приятные свидания со своей девушкой в экзотических местах за счет государства, используя своё пребывание там по служебным делам. Имитация случайных встреч со знакомой ему хорошо удавалась. Однако в этот раз его ожидал неприятный сюрприз.

Комментариев нет:

Отправить комментарий